МОЛОТ БИТВЫ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » МОЛОТ БИТВЫ » Проза » Карнизоффъ & Ко


Карнизоффъ & Ко

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sd.uploads.ru/t/XBzvh.jpg

+2

2

1. Стройка вселенских планов

      Звезды хрустят, звеня под ногами, как пустые пивные бутылки, разбросанные в удручающем количестве вокруг. Карнизов угрюм и раздосадован: опять сорваны все сроки по возведению Моста. А ведь он жилы рвал, вложился в дело и теперь по уши в долгах. Да что там, по уши, по самые рога!

      Карнизов перепрыгивает, ругаясь, через нагромождения какого-то мусора и прибавляет ходу. Позарез нужно не опоздать в Канцелярию. Ему необходима Печать Одобрения на проектный план.

      Но на пути возникает очередная преграда — ремонтировали что-то, разверзшееся прямо под ногами черной дырой. Карнизову определенно не везет, как всегда, — глобально.

      Пока он огибал перекрытое место налаживания пространства, приемный век Канцелярии закончился. Врата закрылись прямо перед пятачком Карнизова, издав мелодичное журчание и обдав его радужным фееричием бликов. Поморщившись, Карнизов проглотил чертыхания и чихнул.

      — Вот так и строй вселенские планы…

      — А я тебе говорил, не лезь ты туда, эх, овсянки не было. Представляешь? Овсянки! — выгружая яства из пакетов с надписью «Пятерочка» сетовал Цера.

      — Народ что, расхватал овсянку? — с брезгливостью посмотрев на авоськи с загадочной степенью свежести ГМО, вскинул узкую бровь Карнизов. — Предчувствую коллапс… Эта Гильдия Переправщиков с их забастовками и требованием улучшения условий труда… в срочном порядке необходимо возведение Моста!

      — Тю, остаффь ты, — Цера уже с наслаждением жевал что-то пластмассово-безвкусное и, прихлебывая, запивал коричневым пенящимся ядом, — не наша головная боль!

      — Да как же… — Карнизов, весь изможденный, плюхнулся, едва не промахнувшись, на жалостливо скрипнувший икеевский табурет.

      — Та я тебе говорю, не кипяшись. Эти твои перфекционизм и гиперответственность… в нынешнем тысячелетие не в чести. Будь проще, вон, как все. Ты ж оно знаешь, что делают с теми, кто выделяется, — Цера протягивает Карнизову пиалу с булькающим напитком.

      — Ну как же… — с каким-то смирением в голосе повторяет Карнизов, принимая из лап Церы череп с кока-колой, — спросят-то все равно с меня.

      — Будем решать проблемы по мере их поступления, — с философским видом выдает перл Цера, смачно жуя всеми тремя пастями нечто под названием «колбаса», не имеющее в себе ни грамма мяса.

      Карнизов, залпом осушив череп, с тоской посмотрел на уходящий в ничто горизонт. Только безбрежная пустота, там, по ту сторону Реки, обволакивая душу, понимала его.

+2

3

2. Гнилые опоры не дердат слова

      — Чего-то я устал, — Карнизов вышагивает, накручивая круги меж икеевскими табуретами, иногда бросает беглый взгляд в окно, но за стеклопакетами ничего не видать из-за визувийского дыма. Именно в такую погоду, когда Вулкан становился особенно активен, у Карнизова болела, готовая взорваться, голова и, что-то там, внутри, где должна была бы быть душа… — у меня пустота болит…

      — Люди пропадают, — продолжал Карнизов, делая какой-то бессчетный маневр меж табуреток по черному мрамору полов, — положиться не на кого. Стоит заключить контракт… и на тебе! Пространство будто чрево китово поглощает еще намедни нечто тебе пламенно обещающего.

      — Эка, батенька, ты разнылся, — вздыхает с топчана Цера, — всегда так и было, на протяжение всей человеческой истории, чай забыл?

      Карнизов, замерев посреди залы, фиксирует на Цере тяжелый задумчивый взгляд и, оттаивая от секундного оцепенения, возобновляет кружение. Но молча.
Цера ухмыляется и отворачивается к рубиновой мозаике инкрустированной стены. Сегодня нездоровится и ему.

      — Устал я, — через какое-то время вновь повторяет Карнизов как-то беспомощно и неожиданным для Церы рывком распахивает окно. В залу врывается ураганный свист, запах гари, тлена и пепел Везувия.

      — Едрить твою! — подскочив, захлопывает стеклопакет Цера, изрядно поборовшись с ветром, плюющим дым в морды. — Возьми же себя в руки наконец! — рычит он Карнизову. — Пустота у него болит!

      — Да! Болит!!! — вдруг вскрикивает обычно сдержанный Карнизов неестественным фальцетом и плюхается на табурет.

      Обернувшийся с набранным в легкие дымом для яростного рева Цера не произносит ни звука: перед ним сидит ребенок лет пяти и трясется. Огромные глазищи полны светлых надежд, чистой веры, глубочайшей потребности любить и обиженных слез.

      — Мать честная, — бормочет Цера непроизвольно пятясь, — дьявол, возьми себя в руки! Сейчас же!..

+2

4

3. Трудовые будни тварей

      Тишина очень раскатистая. Звенит у Церы в ушах набатом. И стигматы на ладонях словно кричат безголосой болью. Цера только сжимает кулаки, чтобы не выпустить боль из рук, не дать ей голос.

      Идет по заливным лугам солнца, а вот и зал. Цера любит качалку, хотя весьма недолюбливает человечий мир. А обитатели Земли… все равно не видят его Сути, просто не воспринимают выходящего за рамки своей обыденности. Здесь даже колдовство применять не надо — ту маску замечают дети Адама, которую он показывает им.

      — Все нормально? Сник как-то, — вдруг обращается к рассевшемуся на скамеечке между подходами Цере местный завсегдатай — держатель качалки.

      — Нормально, задумался просто, — отвечает маска.

      — Да о чем тут думать? — жмет квадратными плечами лифтер.

      — О смысле жизни, судьбах вселенной, трицепсе, людях и шаурме, — говорит Цера.

      Вчера Карнизов вывел его из-под копий Механических. Учуяв вторжение Чуждых Энергий, Цера первым был у места Разрыва Пространства… И получил спиралевидными электрическими копьями, пригвоздившими (и опомнится не успел) к валунам Везувия.

      — Ты на кого пасть разеваешь, червь, — сходу говорит яркое, что смотреть, не отводя взгляд невозможно, пощелкивающее, будто электричеством, пятно.

      — Как показаться смеешь, смерд! — вторит гулом второе. И шипит, смешиваясь с лавою, кровь хлещущая из лап Церы.

      Механический заносит третье копье, направленное, помимо двух предыдущих, пробивших руки, уже будто бы в сердце. Сердца у Церы нет, и замаха он не видит в гудящем холодном свете, а беду чует.

      — Кто ж так приходит в чужой дом? — голос Карнизова. Ледяной. И молнии от него непроглядной черноты и маревом исходит плотный, почти как ударная волна, дым.

      Механические переключают внимание на него, — Ибо по делу мы есмь, тварь сия не имеет власти выползать пред очи.

      — Вы вообще-то без предупреждения, — смотрит на разорванную ткань пространства: ему потом штопать…

      — По Поручению.

      — Ну что ж, проследуем, — Карнизову стоит больших усилий не ринуться на электричество, повыдергивать им шестеренки. — Да и копья свои не разбрасывайте где попало.

      Механические так же ощутимо колеблются, борясь с яростным желанием броситься на Карнизова, вся суть их трубно взывает к бою с Чуждыми. Но все же выдирают из камня свои копья, освободив ими пригвожденного.

      Карнизов и Визитеры исчезают в вихре шаровых молний и пепла.

      На ладонях же Церы остаются стигматы.

+2

5

      Когда Цера добирается до Палат, то находит там Карнизова в стельку.

      — План. Мой план отклонили, — наливая нетвердой рукою в череп с кока-колой ром, заплетающимся языком мычит Карнизов. — Не по понятиям Мост, не в традиции. Харонова Гильдия протест устроила, забастовку. В результате — толпа на берегу, неразбериха. А виноват кто? Я, конечно! Я…

      Цера тяжело плюхается на скрипнувший табурет и, прихватив бутылку, хлещет ром прямо из горла.

      — Говорил тебе: инакомыслящих не принимают. Даже если все только бы выиграли в итоге. Какие инновации, когда есть традиция?

      — Но я же… Только всем хотел… Как лучше… — в голосе Карнизова слышатся слезы. — Я же… гы-о-ох, — опрокидывает он залпом череп.

      — Я знаю. Вот не можешь ты пройти мимо, давно бы уже усвоил, что доброта и инициатива наказуемы, — бесконечно устало говорит Цера и добивает бутылку, — а еще есть?

      Долгим взглядом Карнизов потерянно смотрит на опустевшую тару: "Неа…"

      — Ща в Пятерочку пойдем, вставай, — на нетвердые ноги поднимается Цера, но не от рома в коленях слабость, — там как раз скидка на коньяк.

      — Ненавижу коньяк, — смиренно поднимаясь следом, совсем детским голосом бормочет Карнизов.

      — Ну тогда рому возьмем. Самого лучшего, — Цера вдруг улыбается ему всеми тремя пастями и треплет по волосам как ребенка.

      — Ага, и-ийк, и зефирку. Ай! — не вписавшись в проем арки, ведущей в широкий, инкрустированный драгоценными камениями коридор, Карнизов входит в стену и… вываливается насквозь на улицу.

      Цера улыбается шире и, распахнув стеклопакет, чтобы сэкономить время на анфиладах и пролетах винтовых лестниц — легко сигает наружу. Иногда, посреди строго структурированной ткани пространства, можно позволить себе шалости не-по-правилам. Авось, Блюстители-Истины не заметят. Ведь, так-то, откровенно говоря, — истинна у каждого своя.

+1

6

http://s3.uploads.ru/t/QUiJM.jpg

+2


Вы здесь » МОЛОТ БИТВЫ » Проза » Карнизоффъ & Ко


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC